Русская душа как ключ к модернизации

Добавил Starex
В Москве продолжается серия «круглых столов» о модернизации, которые освещаются в СМИ вот под такими, к примеру, заголовками: «Нравственная экономика в России – мечта или реальность?», «Ради модернизации менталитет нации можно и подправить», «Мешает ли модернизации России отсутствие крестьянства и... войн?», «Бизнес глазами гуманитариев: возможно ли относиться к нему положительно?», «Четыре признака русской ментальности, препятствующие модернизации», «Русская душа против экономики? Или экономика против русской души?», «России нужно чудо. Потому что коррупция – ее естественное состояние», «Разным регионам – разные модернизации, или Сохранится ли Россия»...

Инициатор и организатор этих дискуссий – экономист, предприниматель и член Правления РСПП Виктор Степанович Бирюков. Сегодня он отвечает на наши вопросы. – О содержательной стороне «круглых столов» рассказывают масс-медиа, публикуются их стенограммы и даже пересказы на английском языке. Поэтому спрошу о «кухне». Ход и накал обсуждения у вас задает основной доклад, с которым всякий раз выступает видный ученый... Виктор Бирюков: Что правда, то правда: из первого, так сказать, эшелона. – Тут и академик РАН Виктор Ивантер, и член-корр РАН Руслан Гринберг, и профессора: Евгений Гонтмахер, Сергей Кара-Мурза, Александр Аузан, Георгий Дерлугьян, Сергей Гуриев, Эмиль Паин. Каким образом вы их привлекаете? В.Б.: Во-первых, кого-то знаю лично. Во-вторых, с помощью ваших коллег-журналистов. У каждого «круглого стола» имеется информационный партнер – одно из СМИ, сейчас это РИА «Новый регион». Опытный журналист умеет договориться об интервью, а «круглый стол» можно упрощенно рассматривать в качестве группового интервью. С той разницей, что вопросы задают сами участники, то есть наши эксперты, – числом от десяти до пятнадцати. – А авторитет члена правления РСПП помогает приглашать звезд науки? В.Б.: Конечно, авторитет РСПП, мягко говоря, способствует. Как-никак, эта организация лоббирует интересы крупного бизнеса, а без него модернизация немыслима (хотя и малым предпринимателям в модернизации экономики отводится огромная роль). Недаром же первые лица государства регулярно встречаются с руководством РСПП. В 2011 году мы даже перенесли свои дискуссии из Дома экономиста на Тверской (там располагается Вольное экономическое общество России – первая общественная организация нашей страны) в здание РСПП на Котельнической. – За вашими «круглыми столами» в качестве экспертов также собираются звезды. Поначалу были замечены экономисты-академики РАН Николай Петраков и Роберт Нигматулин, философы Игорь Чубайс и Виктор Ильин, думцы Евгений Федоров и Валерий Зубов, сенаторы Николай Чуркин и Геннадий Горбунов, публицисты Юрий Болдырев и Юрий Крупнов, политологи Станислав Радкевич и Михаил Делягин, регионоведы Сергей Артоболевский и Евгений Сатановский, культурологи Сергей Черняховский и Игорь Яковенко... И вдруг что-то случилось... В.Б.: А что случилось, что вы такого необычного заприметили? – Видите ли, эта «научно-райтократическая» среда неожиданно стала разбавляться кинорежиссерами Павлом Лунгиным и Игорем Черницким, литераторами Анатолием Королевым и Владимиром Костровым, другими людьми искусства. Что вдруг произошло? В.Б.: Это произошло не вдруг, а эволюционно. Первые два «круглых стола» получились сравнительно «экономическими», но уже за третьим мы начали погружаться в социальные отношения – рассматривали модернизацию экономики с точки зрения рынка труда. Тогда-то и задумались: а не положено ли при модернизации любой страны учитывать менталитет, психологию ее граждан? Модернизация – это же не легкая прогулка к более высокому уровню жизни, а тяжелый, даже жертвенный труд всего общества. Влияет ли менталитет на экономику? И если да, то возможно ли управлять этим влиянием во благо? Принципиальные, важнейшие вопросы, на которые не найти ответов без «инженеров человечьих душ»... – И вы стали приглашать представителей «изящных жанров»? В.Б.: Совершенно верно. Наш четвертый «круглый стол» обсуждал уже социокультурные аспекты модернизации. В его работе, в частности, активно участвовали Народный артист России Евгений Стеблов и заместитель председателя Союза театральных деятелей России, профессор ГИТИСа Геннадий Смирнов. Тут уж мы окончательно вышли за рамки собственно экономики и удалились от них весьма далеко – аж до тайников души русской. – Виктор Степанович, позади восемь «круглых столов». Вы уже ответили на вопрос о зависимости экономики от менталитета? Существует ли такая связь? В.Б.: У нас сталкивались противоположные мнения, а их носителей можно условно разделить на либералов и консерваторов. Либералы обычно убеждены, что менталитет на экономику почти не влияет, а, к примеру, политолог Юлий Нисневич вообще отрицает наличие менталитета в привычном понимании. Зато консерваторы уверены в наличии жесткой связи, из чего даже выводят «непригодность» россиян к рыночным отношениям: ярче всех об этом говорил Сергей Кара-Мурза. Думается, точку в споре поставил на Восьмом «круглом столе» Эмиль Паин, чей доклад назывался выразительно – «Этнокультурная специфика проблем модернизации России». Он показал, что не существует единого российского менталитета: в этнически неоднородной стране на разных территориях и менталитеты разные. На Северном Кавказе один менталитет, в Центральном федеральном округе – другой. – Какой отсюда следует вывод? В.Б.: Очевидно, одни субъекты федерации нужно модернизировать таким образом, а другие – как-то иначе. Если культуры разные, то и подходы к экономике должны быть разными. Помню, в перестройку газеты живописали американскую, германскую, японскую системы управления. И наивно призывали: делайте «как там», и уровень жизни будет «как там». Однако практика научила, что нам не стать ни англосаксами, ни французами, ни тем паче японцами. Как говорится, «что русскому здорово, то немцу смерть», – и наоборот. У каждого этноса уникальный background, историческое прошлое, а следовательно, и особое отношение как к настоящему, так и к будущему. Значит, и рецепты нужно вырабатывать собственные, оригинальные, причем с учетом этнокультурной специфики отдельных регионов. Кстати, лишним доказательством связи экономики с ментальностью служат провальные попытки модернизации исламских стран. – Но на Западе эти неудачи объясняют авторитаризмом тамошних режимов и призывают мусульманский мир перейти к «подлинной» демократии, чтобы создать конкурентоспособные гражданские общества. В.Б.: Подобно поздним советским СМИ, Запад предлагает восточным людям строить жизнь по калькам западных людей. Трудно поверить, что мусульманским «западникам» в обозримом будущем это удастся. Вспомните судьбу последнего иранского шаха: Реза Пехлеви правил дольше, чем Мубарак в Египте, Бен Али в Тунисе, Салех в Йемене. Прислушиваясь к советам друзей из-за океана, шах вестернизировал – модернизировал на западный лад – свою феодальную страну, чем лишь возбуждал ненависть населения. В 1979 году шаха свергли, а власть захватили шиитские фанатики. Они задушили ростки модернизации и ввергли общество в еще более дремучее средневековье: вот к чему привело пренебрежение ментальностью. – И основные спикеры, и в особенности эксперты ваших «круглых столов» нередко принадлежат противостоящим политическим лагерям, да и вы рассказали о спорах либералов с консерваторами. Специально приглашаете противников, чтобы максимально обострить дискуссию? В.Б.: Напротив, при формировании экспертного пула мы игнорируем идеологические предпочтения мужей от науки или культуры. Острый ум, профессионализм и небезразличие к родной стране – вот они, наши критерии. А левый, центрист или правый; входящий во власть, приближенный к ней или от нее удаленный, – дело десятое. – Правда ли, что одно лицо может только единожды выступить с докладом на вашем «круглом столе»? Якобы то же ограничение распространяется и на экспертов: разок поучаствовал в дискуссии у Виктора Бирюкова, и больше не позовут? В.Б.: Не совсем так. Во-первых, мы исходим из того, что никто не захочет делать повторно доклад по одной и той же теме; поэтому докладчик у нас всегда новый. Во-вторых, никаких ограничений для экспертов нет, наоборот, они наши добрые друзья и мы всегда рады видеть их вновь. Но им самим, опять-таки, нет резона участвовать в обсуждении темы, по которой они уже высказались: люди-то все занятые, понимаете? По-моему, дважды побывал за нашим «круглым столом» только член-корреспондент Россельхозакадемии, доктор экономических наук Михаил Коробейников. Но подозреваю, и он это сделал прежде всего в качестве вице-президента Вольного экономического общества России – так сказать, по долгу службы. – Откройте тайну, кто и когда выступит с основным докладом на вашем Девятом «круглом столе» и на какую конкретно тему? В.Б.: Да это никакая и не тайна. Наше приглашение на восьмое июня любезно принял политолог и публицист Станислав Белковский. Тему он сформулировал следующим образом: «Модернизация, демократия и национализм». – Звучит интригующе: прямо птица-тройка какая-то! – Надеюсь, дискуссия в самом деле получится и захватывающей, и плодотворной. автоматизация бизнеса



 

Комментарии (2) для публикации "Русская душа как ключ к модернизации "

 

По моему такое словосочетание как нравственная экономика вообще звучит как то не по русски. О чем речь то, так и не ясно - о нравственности или экономике. Очередная говорильня по типу интеллигентов 60 годов. Результаты те же.

Как модернизировать, каким способом , на какой манер? Но а хотят ли что либо менять на сегодняшний день? Ответ очевиден пока это устраивает определенный круг людей все остальное просто демагогия ну или доклад на фантастическую тему...